catofoldmemory (catofoldmemory) wrote,
catofoldmemory
catofoldmemory

Category:

Б.И. Николаевский и лбовщина - темные тайны знаменитого историка и архивиста

Вслед за книгой о Раковском засел изучать книгу Фельштинского и Чернявского о меньшевике и историке русского революционного движения Б.И. Николаевском "Через века и страны" (М., 2012). Авторы традиционно в своем репертуаре - Николаевский у них благородный и честный историк, вся его жизнь гражданский подвиг, все хорошие люди его уважали за честность, беспристрастность и научную добросовестность и т.д.  При этом приводится куча случаев, когда Николаевский занимался подлогом в публикациях, фальсификацией и воровством документов. Видимо хорошему человеку ради хороших целей сие авторы книги дозволяют. Подробней об этом напишу, когда дочитаю.
Но один сюжет заслуживает особого внимания. В годы первой революции Николаевский, на тот момент большевик, хранитель архива Восточного бюро ЦК РСДРП, организатор отрядов боевиков в Самаре и человек, имевший связи с уральскими товарищами. Тут для Фельштинского и Чернявского наступает момент истины. Умолчать об этом они не могут, все же дотошность историков обязывает. С другой стороны - уральские товарищи были такими отморозками, что Николаевского связь с ними не красит.
Выход нашелся просто.
С.54 "Вся эта деятельность времен первой русской революции самому Николаевскому казалась достаточно безобидной. Только значительно позже он узнал, что совсем близко действовали уральские боевые дружины, образованные по инициативе большевиков".
И в том же абзаце "Об авантюрах Лбова и братьев Кадомцевых говорили по всему Уралу и прилегавшим к нему губерниям. Через много лет в своих комментариях к документальной публикации о российской социал-демократии Николаевский не раз упомянет об этих в полном смысле слова бандитских группах, наводивших страх не только на власти, но и на местное население".

Как оно бывает то оказывается. У Лбова и Кадомцевых авантюры, а не убийства, террор и грабежи. Все о них говорят, один Николаевский совершенно не в курсе действий своих товарищей по партии, хотя Кадомцевых, скорее всего, прямо знал по Уфе, где учился.

И далее самый смак - авторы книги указывают (с.337) на общение Николаевского в Париже 1930-х гг. с Гаврилой Мясниковым, убийцей Великого князя Михаила и его секретаря. Этот примерный коммунист, один из самых жестоких уральских боевиков, человек лично крайне преданный Свердлову уже не раз упоминался в этом ЖЖ, неизменно рекламирую книги о нем и Лбове  https://catofoldmemory.livejournal.com/99360.html
Мясников, как доказал Владимир Голдин, был одним из лбовцев в широком смысле слова, не член банды самого Лбова, но боевик создаваемого по образцу лбовцев и при взаимодействии с ними террористического отряда.

Николаевский о связи с Мясниковым не распространялся, но свидетельство о ней оставил Р. Гуль https://vtoraya-literatura.com/pdf/gul_ya_unes_rossiyu_s_soboj_tom2_1984__ocr.pdf на стр. 217-220

"Телефона у нас в Париже не было. Тогда во Франции телефон был некой роскошью (не то что в Америке у каждого свой телефон!). Поэтому я заходил к Б. И. Николаевскому без предупреждений. Жили мы неподалеку. И вот захожу как-то к Б. И., стучу в дверь его комнаты и вхожу. Б. И. — за столом, а в кресле какой-то смуглый, муругий, плотный человек с бледноодутловатым лицом, черными неопрятными волосами, черные усы, лицо будто замкнуто на семь замков. При моем появлении муругий сразу же поднялся — невысокий, крепко сложенный. ”Ну, я пойду, Борис Иваныч”, — и протянул ему руку. Николаевский пошел проводить его до выходной двери. Возвращается Б. И., спрашивает с улыбкой: — ’’Видали?” — ’’Видел, кто это?”. Б. И. со значением: — ”А это Григорий Мясников...” Я пораженно: — ’’Как? Лидер рабочей оппозиции? Убийца вел. кн. Михаила Александровича?!” Б. И. подтверждающее кивает головой: ”Он самый. Работает на заводе. Живет ультра-конспиративно по фальшивому паспорту, французы прикрыли его. И все-таки боится чекистской мести. Совершенно ни с кем не встречается. Только ко мне приходит. - Рассказывает много интересного”." ...... Мне захотелось с Мясниковым встретиться — ’’Борис Иванович, нельзя ли это устроить?” — спросил я. Николаевский отрицательно покачал головой: — ”Ausgeschlossen — сказал, — Мясников боится всех русских встреч. В Париже встречается единственно со мной потому, что знал меня еще по России...”

Обалденно! А давайте подумаем, когда и при каких условиях Николаевский мог в России так хорошо познакомиться с Мясниковым, что был единственным, кому боевик доверял в Париже ? Уж точно их знакомство не произошло на почве любви к книгам и архивным документам, Мясников был крайне далек от книжности. После 1907 года Николаевский в меньшевиках и в гражданскую войну не был допущен к секретным большевистским делам, тем более таким, которыми занимался Мясников. Остается предположить одно - Мясников был хорошо знаком с Николаевским как раз по годам лбовщины. После которых для Мясникова Николаевский остался своим братом - боевиком. И сам Николаевский, как видим, это знакомство поддерживал без каких либо сомнений. Так что крайне интересно было бы проследить куда и с какими целями ездил Николаевский по Уралу во время лбовщины - может выплыть много занятного
Tags: Романовы расстрел царской семьи, история Урала
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments