catofoldmemory (catofoldmemory) wrote,
catofoldmemory
catofoldmemory

Category:

Гибель советских библиотек

Кошмар с ИНИОНом - зрелищный финал долгого процесса гибели библиотечного фонда страны.  При всей любви современного мира к цифровым технологиям, именно бумажная книга до сих пор является самым надежным и достаточно дешевым способом сохранения информации. Множество книг не оцифровано или переведено в электронный формат с сильными утратами, делающими невозможным их полноценное использование. При том непонятно, будут ли форматы эти поддерживаться хотя бы через десяток лет.

Власть информации прекрасно понимали еще с античности, поэтому неудивительно возникновение крупных библиотечных центров в странах, претендующих на мировую гегемонию - что Александрийская библиотека, что Британская, что Библиотека Конгресса - вишенки на одном торте.
Россия долгое время отставала в этой гонке библиотек, да и вообще в книгоиздании и книготорговле. Не удивительно, что с конца XVIII века упущенное начали спешно нагонять - появились как ведомственные, так и многочисленные частные библиотеки, верный признак развития страны. Неоднократно сталкивался с религиозными и светскими книгами XIX века, происходившими, судя по владельческим пометкам, из библиотек крестьян. Весьма интересен срез читающей публики по публикации имен подписчиков в энциклопедии Плюшара - от нашего всего АСа Пушкина и юного Тургенева до генералов и лиц мещанского звания.
1917 год стал резким водоразделом. Большевики были ярыми фанатами слова печатного, иначе и не определить. Книги они печатали в совершенно диких количествах и самые неожиданные. Претензия на мессианство и мировое господство, нужды пропаганды заставляли готовить кадры, разбирающиеся во всем - от дебрей джунглей до дебрей математической лингвистики. Узкоспециальные книги выходили такими тиражами, что теперь не снятся сам топовым авторам. Была разумеется и цензура - именно большевики ввели частую инвентаризацию и проверку библиотечных фондов, сверяясь, чтобы в книгохранилищах общего доступа не оказалось запрещенных книг. Книги из конфискованных в гражданскую войну частных и правительственных библиотек свозили на специальные базы (их отметки часто попадаются на старых книгах - хотя бы на такой http://catofoldmemory.livejournal.com/11250.html), откуда их частично распределяли по библиотекам, частично по букинистическим магазинам. Книги неугодного содержания попадали в спецхраны, существовавшие при крупных библиотеках. Показательно то, что даже книги заведомо антисоветские тем не менее обладали в глазах большевиков сакральной силой - и их хранили, а не отправляли в костер или макулатуру.
С такой же сакральной точки зрения видимо смотрели на книги немцы, которые в годы войны вывезли в качестве трофеев миллионы экземпляров книг из советских библиотек, что выглядит странно, учитывая что большинство этих книг явно не обладали какой либо великой ценностью. Советская власть в то же время демонстративно не сворачивала старые книжные программы, выпуская в 1942 году историю древнеримской литературы и издания классиков, без которых воюющая страна казалось бы могла обойтись. Но доступность знаний и книг была одной из самых благих задач режима.
После войны было куда развернуться. Сложно теперь поверить, но в 1950-60-е годы даже провинциальные школы прекрасно снабжались литературой для библиотек, так что в годы моей учебы библиотека школы сталинской постройки выгодно отличалась от скудной залы книгохранилища школы 1970-х годов. И подбор книг был солидный - прекрасные тома мемуаров путешественников, "Литературные памятники" и т.д. В провинции легко смотрели на запреты, так что вполне остались на полах книги репресированных авторов. В местной городской библиотеке было полно книг 1930-х годов, совершенно потряс тогда фридляновский "Марат" 1936 года издания. В детской библиотеке остатком былой роскоши одиноким бриллиантом сверкал солидный том Моммзена по римским провинциям (остальные то ли списали, то ли украли). Через систему распределения книг в провинциальные библиотеки порой попадали даже раритетные книги XVIII века, как то рассказывали о сельской библиотеке, где отправленные на картошку студенты обнаружили прекрасные подборки дореволюционных изданий античных классиков. Совершенно не востребованные колхозниками книги были конечно пограблены. В целом, задача распространения знаний была выполнена и советский человек имел в  шаговой доступности как правило сразу несколько библиотек разного уровня.
Все великолепие советской системы стало накрываться медным тазом еще до перестройки.  Культура традиционно была не шибко высокооплачиваемым местом, руководить ею - на уровне музеев и библиотек часто ставили жен мелких партийных начальников, чтоб не шибко утруждались. На должности библиотекарей и хранителей с мизерными зарплатами попадали конечно люди без специального образования, которые не ценили книги и вообще в них не разбирались. Поэтому с легкостью списывались и терялись книги, благо востребованность их в обществе была высока. Личная библиотека была частью образа успешного советского человека, оттого ее собирали даже те, кто никогда книг то не читал. Неоднократно наблюдал библиотеки, составленные в советские годы по признаку что руки попало - жуткая смесь всего и вся. Как то похвалились трехтомником Гегеля с "Филосовского наследия", изучать которого разумеется хозяева квартиры не собирались, но это же ценность и дефицит) Высоко ценились дореволюционные издания, которые и начали перетекать с государственных хранилищ в частные руки. Одновременно стали и уничтожать книги - на волне сдачи макулатуры государству и библиотеки стали получать планы сколько надо всего ненужного пустить в утиль. Была и компания по уничтожению трофейных немецких книг - признавать их наличие в библиотках страны стеснялись, так что вместо возвращения их в Европу или официального присвоения с передачей в фонд выбрали самый мерзкий вариант - уничтожали.
В 1990-е годы началась катастрофа, широкой публикой не замеченная. Мало того, что была разрушена прежняя система снабжения библиотек книгами (она плохо работала уже в 80-е), самим библиотекам разрешили избавляться от ненужных книг через сдачу в макулатуру и легальную продажу. Ограничений никаких не было - списывай шкафами. Результат был вполне предсказуем. Помнится с сельских библиотек свезли кучу книг в один огромный зал на окраине, где все желающие могли порыться и выбрать что угодно купить. Цены были маленькие. Что не находило спроса, продавалось уже по весу в пункты вторсырья. В городских условиях значительную часть книг удавалось спасти от физического уничтожения, в  местах далеких от интеллигенции все видимо прямо уходило в утиль.
Оптимизация фондов библиотек так и идет непрерывно уже более двадцати лет. Немало в этом было корысти, особенно в фундаментальных научных библиотеках, списавших в нужные руки множество раритетов. Корысть была разной. Часть книг продавали легально и открыто, порой за бесценок. Лучшую часть тайно и проверенным людям, конечно за другие деньги. Помнится, меня немало удивляла странная беспечность руководства учреждений, не замечавших как с их библиотек растворяются ценные книги. Когда я попытался в местном Институте истории и археологии выяснить судьбу редкой книги из библиотеки Н.Н. Гуриной, купленной институтом, пропажа издания 1870 года оказалась совершенно неинтересной библиотекарю. Книги на полке не было, записей о ее выдаче тоже, собственно от книги осталась на память библиотеке только каталожная карточка - но всем было на сей факт плевать. Хотя открытого доступа к полкам не было, да и вообще в ведомственную библиотеку попасть можно было с большим трудом. Собственно говоря, удивляться было нечему. Лично покупал книги, вполне легально как в университетской, так и в областной и в районных библиотеках города. Областная библиотека распродала даже спецхран, люди хвастались покупкой там книг XVIII века, масштабы продаж ею книг вообще впечатляли. Чуть было не помер со смеху после одного из докладов на конференции, где две библиотекарши с областной отчитались как в их конторе любят и ценят книгу. Как раз перед этим был к ним очень успешный заход с покупкой белогвардейских книг, так что заверения в любви к книгам звучали весьма лицемерно - деньги они любили, деньги. Хватало и просто глупости. Когда редкую книгу даже не воровали из-за корысти, а действительно отправляли в  макулатуру. Подборка изданий французской королевской академии XVIII века у меня так и лежит на полках без обложек - это библиотеку царского Министерства иностранных дел списать изволили  в утиль. Хорошо, что хоть в таком состоянии книги выкупили. Издания уже российской дореволюционной Академии наук были списаны с библиотеки одного из институтов академии уже 90- х годов за ненужностью. По воровство всей Демидовской библиотеки уже писал отдельным постом -  история вообще за гранью добра и зла:  как украсть книг на четверь ляма зелени и остаться при должности, готовить будущих чиновников http://catofoldmemory.livejournal.com/3439.html .
Можно все списать на бурные годы реформ, но именно в последние два - три года идет очередной вал оптимизации библиотечных фондов. Сведение вместе двух библиотек дает мешки книг - фонды одной из них целиком идут в макулатуру. В городской библиотеке неожиданно у библиотекарей проявляется хоть какое то чувство к книгам - и для читателей они бесплатно вываливают стопки научных книг 1930-40-50х годов в прекрасном состоянии - жалко их отдавать в утиль. Пусть хоть кто-то возьмет почитать. Потом правда опомнились, что это мол "позорит" библиотеку и все что осталось таки пошло в мешки и под нож. Два года назад грандиозную чистку устроила одна из ведомственных библиотек для учителей. Судя по масштабам списания, не понимаю, что у них вообще в фондах осталось.
Колоссальная катастрофа была и с личными библиотеками, враз обесцененными. Букинистическая торговля влачила  самое жалкое существование, так что люди предпочитали не возиться и просто выкидывать книги на помойку. Потому иногда там валялось такое, что сказать так и не поверит никто.
Что имеем сейчас. Утрачена сеть прекрасных районных библиотек, что советская власть выстраивала и пополняла десятилетиями. Старые фонды списаны и уничтожены, современное же книгоиздание с тиражами в 3000 экземпляров у весьма известных и популярных авторов никогда не сможет наполнить даже оставшиеся библиотеки. Так что если в 1980-е годы школьнику вполне было доступно при минимуме усилий много информации по заинтересовавшей его теме (за вычетом запрещенного цензурой), то теперь остается уповать только на интернет, где нужной книги не будет или она будет присутствовать в виде непоняного невычитанного после сканирования файла без разбивки на страниц и с жутким качеством картинок и карт (если их вообще не выкинут).

Возращаясь к ИНИОНу. Покойный был разумеется маразматиком. В 21 веке ИНИОН требовал отправлять ему отчеты по НИРам непременно в бумажном варианте в папочке и чтобы шрифт печати был ярким. Ибо отчеты переводили на микропленку с бумаги - да да. Я не знаю ни одного человека, который бы работал в ИНИОНе с книгами или получал что-то полезное с их современных изданий (старыми разумеется раньше пользовались все, это был для большинства единственный доступный обзор зарубежных материалов по теме исследования). При этом гибель покойного в поджоге (такой объем возгорания от электропроводки - не смешите мои белые тапочки) вызывает ощущение Апокалипсиса. Собствено он и произошел для общественных наук. Ладно наши отчеты, которые видимо сгинули в пламени, эту фигню не жалко. Но результаты работы всех институтов РАН по общественным наукам, не таких халявщиков как мы, а действительно ученых - за десятилетия! При этом многое явно не опубликовано и сгинули навеки. Утрачена колоссальнейшая библиотека, которая не переживет огонь и воду. Мне доводилось брать в руки книги, пострадавшие после пожара в библиотеке академии наук в Питере. Это были трупы. Внешне целый кирпич книги изнутри был сцементирован водой и пожарной пеной, так что разделить страницы, не изорвав их в труху, было невозможно. Полтора миллиона заявленных книг в библиотеке при даже минимуме попавшей к ним воде обречены на гибель без дорогостоящей и срочной реставрации - на которую никто и никогда в наших то условиях не даст денег. Подозревая в уничтожении библиотеки злобных чиновников с ФАНО, желающих освободить землю под коммерческую застройку, к сожалению нельзя обойти сторой и нелицеприятные для самих сотрудников ИНИОНа версии. Ревизия вполне могла выявить значительные хищения с книжного фонда. При мизерной зарплате сидеть при книгах 16-17 веков немалой стоимости - искушение еще то. Часть книг могли утратить просто по глупости - а отвечать то финансово за все. Еще один фактор риска для ИНИОНа - фальсификация отчетов по НИРам, где замешаны огромные деньги. Проверка ФАНО этих отчетов выявила бы такие приписки и обманы, что пожар обезопасил очень многих влиятельных лиц.
Мы скатываемся к состоянию безкнижного общества. Когда книги по российской истории и культуры полнее представлены в зарубежных библиотеках, так что слависты работать отправляются куда угодно,  только не в саму Россию. Электронные библиотеки не обеспечивают полноценного доступа к информации, благо многие из них платные. Ведомственные библиотеки не финансируются и крайне убоги. Общественные библиотеки разворованы и частично полностью уничтожены. Фактическое наличие книг не совпадает с каталогом, а то, что осталось, часто испорчено, так что получив на руки старинную книгу видишь перед собой только обложку и несколько страниц - остальное украдено. При том, что некоторые книги изначально издавались в крайне мизерном количестве, бурные события российской истории не способствовали их сохранению. Современные научные издания тиражом 50-100 экземпляров порой вообще недоступны абсолютно, так как рассылка их по библиотекам не производится. Перспективы мрачны.
Tags: конспирология
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 3 comments